Алексей (argoriec) wrote,
Алексей
argoriec

Category:

Гедеоново войско

продолжение, начало здесь: http://argoriec.livejournal.com/24814.html
оригинал: http://www.proza.ru/avtor/ludmilaalekseev
блог автора: http://elgeya.livejournal.com/


Часть 5

getImage




СОЗДАНИЕ ПЕРВОЙ ПИРАМИДЫ НА ПЛАНЕТЕ ЗЕЯ.
ПЕРВЫЙ ЕЕ СПУТНИК -
СЕЛЕНА.


Стелла уже не давала нужного результата, она лишь перемещала плазму, сохраняя для нее определенное состояние энергетических полей.
Человек на Зее не только проявился, но и довольно быстро размножился, и поскольку срок его жизни был достаточно велик, то ресурсы окружающей среды быстро исчерпывались. Планете нужна была энергетическая помощь уже сейчас, а создание пирамиды займет достаточно времени, потому было решено, что эту помощь окажет цивилизация Лес. Именно эта цивилизация способна быстро воспринимать энергию, накапливать ее и лучше других простым и надежным способом отдавать человеку. Для этого выбрали кедры и эвкалипты. Эти деревья обладали долголетием и особым восприятием разума.
Чар вывел свой "Ульджерон" на плоскостную орбиту вокруг экватора. Корабль медленно, как бы нехотя, плыл над поверхностью планеты, давая возможность экипажу для непосредственных наблюдений. На тех участках, где ярко и сочно выделялись деревья из общего массива, создавались условия полевого воздействия на почву. После такого воздействия корни деревьев могли более интенсивно всасывать энергию планеты, достаточно преуспевшей в развитии сознания. Выбрано было и место, где будет создана пирамида. В создании пирамиды "Ульджерону" поможет "Терро".


Друзья, с этим делом прекрасно справится Чар, а нам сейчас надо отправляться к людям, - сказал Рамэнс по видеофону.
От "Ульджерона" в разные стороны неторопливо поплыли лафы. Они летели туда, где их уже ждали люди. Прибыв каждый в свою общину, аргорийцы первым делом накормили людей, потом излечили от нехватки энергии и стали учить тому, что в ближайшее время будет им необходимо в жизни. Слушали все терпеливо и внимательно, хотя, конечно, каждый услышанное воспринимал по-своему. Они не могли знать, что право выбора своего развития в них было заложено программой Всевышнего. И немало времени и умения пришлось использовать Рамэнсу и его друзьям, чтобы внести в сознание людей частицу утерянной ими информации. На планете прошло около ста лет.
Аргорийцам надо было возвращаться в свою эскадру. Следующее посещение планеты Зея будет через много-много лет, совсем другая жизнь уже будет на планете, другие люди будут их принимать по иному. И опять им придется приспосабливаться к обстановке.
Солнце скрылось за горизонтом. На планете наступил очередной вечер. Приглушенный шум могучих кедров заполнял весь лес. Растревоженный ветерок ходил кругами по огромной поляне, где собралось множество людей, пришедших проводить своих, аргорийцев, приготовившихся к отлету с планеты. Отдельно от людей собрались животные, они чутко дремали, поглощая энергию гравитрона. Дальше людям придется жить без поддержки старших братьев.


На небе сияли частые звезды Млечного пути. Как-то особенно четко высвечивался Орион, виновник бед человеческих.
Лафы висели низко над головами людей, словно и им не хотелось расставаться с людьми и с молодой прекрасной планетой.
Аргорийцы уходили в пространство Космоса. Люди дружно, словно по команде, пали на колени, склонив к земле головы, потом встали и молча долго-долго смотрели, подняв головы, в таинственное, загадочное ночное небо, где скрылись, словно испарились, их Боги.
Пока Рамэнс со своими друзьями занимались с человеческими общинами, Чар, со своим экипажем на корабле "Ульджерон" на заранее отмеченном участке поверхности планеты, занимающем обширную возвышенность, покрытую буйной растительностью, создал пирамиду нужной конструкции. Возник объемный корпус громадной куполообразной пирамиды. Основание ее на уровне двенадцати метров, представляло из себя, правильный куб, в середине было помещение шарообразной формы, верхняя часть сооружения представляла собой четырехгранную пирамиду. Интересней всего было то, что шар как бы надет на пирамиду, он одновременно и внутри ее, и снаружи. Все сооружение было сложено из базальтовых пород, подогнанных и отшлифованных так, что практически между базальтовыми "кирпичиками" не было щелей. Поверхность его была идеально гладкой, и при попадании на нее солнечных лучей она превращалась в сплошное зеркало, представляя из себя, трудно описуемое зрелище. И, все-таки, хорошо было видно, как розовый луч-поток от станции слежения, корабля Лэнды "Радуга", вливается постоянно в пирамиду.
Арголенна на своем "Арго" уже успела сходить в межпространственный блок и возвращалась назад с замечательным "подарком". За ее "Арго" тянулся луч эрмального поля, а в нем четко и ясно просматривалась небольшая планета. Корабли-транспортники подхватили ее лучами латонных полей и стали медленно и уверенно подводить к Зее. И маленькая планета покорно встала на новую орбиту. Земля Зея получила свой спутник Селену.


Все оборудование со станции слежения "Радуга" немедленно было перенесено на Селену, отлажено, ему добавили мощности, и станция была включена в работу. Конечно, Земля-Зея не осталась равнодушной и безучастной, она не могла не вздрогнуть от такого неожиданного близкого соседства новой подружки, она удовлетворенно вздохнула, и когда новый поток энергии коснулся пирамиды, на ней заколебалась почва, откалывая основания материков, отталкивая их друг от друга.
Пирамида работала на полную мощность, нагнетая в недра планеты чистую энергию космоса, энергию добра и любви и те знания, которые должны были вывести человека на новый уровень развития и адаптировать его на новом месте космоса, в новой галактике.
А Зея жила, дышала. Принимая в себя новую энергию космоса, она приобретала новые силы, у нее появилась надежда и она знала, что все будет зависеть и от нее самой, и от населяющих ее людей. С животным миром проще: там твердая программа развития, заложенная на определенный срок, которая не может не выполняться. У людей же программы как таковой нет, зато человеку позволен выбор. По законам космоса, человек должен сам строить свою судьбу.
Поток энергии, изливающийся на пирамиду, изменил свой цвет: из розового, он превратился в изумрудный, затем, сгустившись, стал ярко-зеленым. Планета Зея принимала этот поток энергии, и он животворящей силой расходился по ее каналам. Так ранней весной, разгоряченная кровь бежит по жилам человека...
Проходили, пробегали, пролетали годы на планете. Почва вокруг пирамиды под воздействием солнечных и космических лучей стала голой, превратилась в песок. Растения не выдерживали такой мощной нагрузки, земные породы крошились, мутировали, и пирамида оказалась среди пустыни, пока еще не такой обширной.


Жилища людей медленно отступали под натиском пустыни. Люди интуитивно ощущали мощную неведомую силу, исходящую от пирамиды в то время, когда солнце находится в зените, они ясно слышали неизвестный поток звуков. Иногда эти звуки достигали громоподобной силы, и тогда пирамида начинала вибрировать, становился видимым огненный поток, стекающий с неба в шар по плоскостям пирамиды. Все изменялось после захода солнца: пирамида, как бы успокаиваясь, начинала издавать тихие вздохи, как спящее дитя. Люди, находясь возле пирамиды, устремляли свои взоры в небо, где прямо над острием пирамиды горела звезда Сириус, словно неведомым магнитом притягивавшая души глядящих на нее людей. Память этих людей была потеряна, но боги, прибывшие в голубых, прозрачных лафах-шарах, рассказали им, что это они привезли их сюда и подарили эту планету, чтобы они могли жить и развиваться.
Прекрасный черный бархат неба, усыпанный живыми мерцающими звездами, всегда привлекал людей своей не представимой бескрайностью, великими тайнами бытия и незримой красотой, которая доступна только высокоразвитому сознанию. Цивилизация людей, о которых ведется речь, не обладала таким сознанием, но их интуиция подсказывала им, что их прошлое осталось там, в темной небесной глубине, а их будущее связано с подаренной планетой Зея. И они поглощали колдовскую энергию пирамиды, приумножая свои познания. К пирамиде же приносили тяжелобольных и умирающих и ложили их на ее основание на закате солнца. Люди уже знали, что именно в это время от сооружения идут особые исцеляющие токи. Человек учился жить в обществе таких же людей, учился делать самого себя, делать человеческую судьбу.





БУДНИ ЭСКАДРЫ. ТРУДНЫЙ ПУТЬ
К ГАЛАКТИКЕ ПРОСТРАНСТВО ЛЮБВИ.

Бывают ли праздники у таких высокоразвитых людей, как аргорийцы? Трудно ответить на этот вопрос. Скорее всего, у них нет таких понятий, как будни и праздники жизни. И это было бы правильно. Потому что в каждом мгновении жизни, короткой как вспышка света, или не ограниченной рамкой времени, все неповторимо, все необратимо, все стремится к множественности и единственности одновременно, все обновляется, переходя из малого в большое и из большого в малое. Сама жизнь во всех ее проявлениях и есть всеобщий праздник, постоянно творимый Всевышним. И чем выше самосознание сущности, тем полнее она это ощущает.
Эти рассуждения понадобились для того, чтобы, рассказывая про опасную, до конца осознанную, трудную работу космических спасателей из Гедеонова Войска, не дать повода возникновения у читателя мысли о том, что, мол, своя воля хуже чужой неволи, имея в виду то, что все «Гедеоново Войско» - это бесстрашные добровольцы. Наш несколько бесстрастный рассказ все же содержит в своей глуби не всю бездонность живых страстей наших героев, их светоносную особенность сознания, их природную, естественную скромность и, наконец, их божественную любовь ко всему живому во всех уголках Мироздания. Живое должно жить. В этом их смысл жизни своей, в этом их вечный праздник...
Все члены экипажа корабля "Терро", наконец-то, смогли снова собраться в операционном зале, чтоб отдохнуть, обменяться мнениями, повеселиться, пошутить, просто посмеяться от души, попеть песни или помолчать, уединившись в каком-нибудь тихом уголке. Звучала легкая музыка пространства, в которой каждый находил то, что нужно было его душе в данный момент. Выходило так, будто каждое желание чудесным образом воздействовало на те невидимые струны пространства, которые воспроизводили нужные мелодии. Сознание всех собравшихся было так высоко и организованно, так чисты и прекрасны были их души, что сами мысли их, переплетаясь, соприкасаясь, объединяясь, дополняя и облагораживая, друг друга, становились музыкой Разума.


Для тех, кто захотел помечтать и вспомнить родные места своей планеты, искрящиеся мониторные экраны показывали именно те картины, которые наиболее ярко хотелось бы восстановить в памяти, чтобы в любой момент можно было воспроизвести в воображении.
В самом центре зала вокруг необыкновенной огромной белой живой розы, выросшей из тюльпанообразного красного сосуда, заполненного ароматной темной массой, собралось особенно много людей. Нет, там не совещались, там не рассказывали веселые были-небылицы. Там, как не раз уже бывало во время отдыха экипажа, молча слушали стихи Монтеля. Сегодня он был особенно красив. То резко вскидывая голову, так, что шелк светло-русых густых волос, скользнув по плечам, падал на сильную грудь, то медленно, полу закрыв глаза, опуская ее, он мягким четким голосом выговаривал:

Самый лучший подарок -
Встретиться, не ожидая,
Трепетным внутренним жаром
Души отогревая.
Слушатели верили, что у поэта были такие встречи, не могли не быть, и они вспоминали свои встречи с любимыми. Красивые строчки, оживленные чувством автора, как бы возвращали прошлое, и оно говорило устами Монтеля:
Встретиться, зная заранее,
Что мимолетна встреча,
Встретиться - и не ранить,
Встретиться - не перечить.
Встретиться - не для слова,
А для песни безгласной,
Чтобы надолго снова
В нежности ежечасной
Взглядом своим лучиться,
Радостно замирая:
Может опять случиться -
Встретимся, не ожидая.
Монтеля слушали не только люди, но и та роза, под которой он стоял, чьи лепестки трепетной свежести раскрылись, ощущая чувства любви, исходящие из сердец собравшихся.

А там все так же в пору полнолунья
Поют всю ночь ликуя соловьи,
Течет-струится речка-говорунья,
Перемывая камешки свои.
А там все так же зори выспевают,
И по полям гуляют ветерки,
И только уж меня не вспоминают
В житейских разговорах земляки.

Эльгее сегодня хотелось хоть на короткое время уединить ся, привести, как говорится, свои мысли и чувства в порядок. Нет, ее не тяготил груз ответственности командора эскадры, ей было под силу и большее, но она выбрала эту жизнь. Она знала, что в любое время из какого-то уголка космоса может поступить зов о помощи, и, не раздумывая, не медля, со своими отчаянными спасателями она рванется туда и будет сделано все возможное и даже невозможное, чтобы спасти чьи-то жизни, спасти или помочь тем, кто способен нести в себе сознание.
Послушав немного Монтеля, Эльгея пошла к большому объемному экрану, на котором просматривалась планета Зея. На фоне включенной пирамиды, испускающей цикличный луч Сфиро, картинки постоянно менялись. Она почему-то задумалась о том, что какая-то неведомая внутренняя сила заставляет ее все чаще в своих мыслях уделять внимание этой новой планете, на которой они посеяли жизнь. Эскадре много раз приходилось делать подобное, и это было что-то вроде обязанности, а с Зеей все было не так. Может, Гор, сотворив планету, вдохнул в нее особую силу притяжения душ человеческих? Так это или нет, но Эльгея уже знала, что сама Зея и человеческая цивилизация, начавшая свое развитие, можно сказать, с нуля, будут стоять у нее на особом счету.


Эльгея молча смотрела на экран, показывающий планету, на работающую на ней пирамиду и думала, словно бы кому-то объясняя: "Энергия Сфиро - это чудодейная энергия, это духовная плазма, передаваемая на планету. Зея слишком молода, у нее не хватает пока нужной энергии, чтоб прокормить все возрастающее население. Люди умирают редко, так как у большинства большая продолжительность жизни. Затраты времени на воспитание поколения растянуты, но именно таковы условия адаптации..." В это время на экране стало хорошо просматриваться ядро планеты. Поток энергий Сфиро и Эргино, попеременно передаваемые на него через пирамиду, изменяли его структуру. "Да, да, ядро, именно ядро, - закрутились торопливые мысли в голове Эльгеи. - Во всем и в каждом из нас должно быть ядро. Какую бы форму оно ни принимало, в нем должна сосредотачиваться главная энергия жизни и из него исходить энергия движения, способная аккумулироваться в энергию любви. Вот сканирующий прибор позволяет просматривать внутренность планеты. В ней уже зарождаются кладовые душ - энергонакопители. Скоро Лэнда привнесет в экваториальную зону вакуумное пространство, и планета заживет полной жизнью. А как работает мое ядро? Его не обнаружат, не просветят никакие приборы, но оно есть во мне, оно живет, оно - мое светозарное диво..."

Эльгея не заметила, как с нею рядом оказался Рамэнс. Он то радостно любовался подругой, то почему-то начинал думать о судьбах людей, которым придется находиться на Зее не одно тысячелетие.
Заметив Рамэнса, как бы услышав мысли его, Эльгея положила руку на его плечо и сказала:
- Не грусти, Рамэнс, здесь все будет как надо.
- Я думаю о тех судьбах, которые будут здесь преобладать.
Еще не известно, как поведут себя энергонакопители, и что будет с людьми. Ты же знаешь, Эль, астрал бывает непредсказуем.
- Да, знаю, конечно. Отвлекись, с ними же Лэнда, да и мы всегда придем на помощь, если будет надо. А нам скоро опять в путь. Пуэлл приняла сигнал тревоги. Передано с межгалактической станции. Дорогой в ад называют предстоящий нам путь. Боюсь, что скоро нам будет не до размышлений о Зее.
Так оно и вышло. Запел зуммер. Картинки на экранах резко сменились. На главном экране связи появилось лицо Сельмина. Явно было видно, что он серьезно чем-то встревожен.
- Друзья, - обратился он, - сигнал, принятый Пуэлл, пришел из галактики Пространство Любви. Эта местность мало изучена «Гедеоновым Войском». Идти придется вслепую, и доверяться полностью автопилотам нельзя. Придется усилить дежурство на кораблях. Существует опасность прорыва кириллийных блоков. Надо продумать, как составить программу полета. На это у нас всего четыре часа. Путь предстоит не ближний, надо успеть подготовиться.

Экипажи всех кораблей немедленно приступили к работе. Одни занимались подготовкой и проверкой приборов, другие проверяли оборудование и энергобатареи, мощности которых должно хватить на тысячу земных лет. Сагги, Альтек и Гретт проверяли материализаторы, а Дик и Кетра были заняты проверкой машины времени. Эта удивительная машина умела пропускать через себя, сворачивать континуум времени. Когда пространство времени пропускалось через машину времени, то пространство сворачивалось, и происходило это молниеносно. Каждое космическое судно имело такую машину. Сейчас надо было проверить эти машины на синхронность с материализаторами. Гудис проверил все компьютерные секции на момент сложения времени. В этот момент аппараты должны сработать предельно четко, никакого сбоя, иначе - авария, последствия которой предсказать трудно.
Экипажи упорно, старательно, внимательно трудились каждый на своем месте, и хоть все четко знали свое дело, но серьезность и важность предстоящего полета заставляла их сегодня быть, как никогда, ответственными и перед всей эскадрой, и перед собой.
Монтель особенно тщательно настраивал записывающую аппаратуру, предчувствуя, что на этот раз ей предстоит зафиксировать очень важные для эскадры события, может, что-то такое, чего в богатой практике Гедеонова войска еще и не было. Каир, Чар, Ульен и Володар просматривали компьютерные карты созвездия, где предстояло побывать эскадре. К ним вскоре присоединился Сельмин. Нельзя было ничего упустить. Эльгея, Рамэнс, Руис и Дрейк настраивали волну телепатического канала, считая это средство наиболее надежным. Армаль, Ментрес и Геро подготавливали корабли охраны, к ним присоединилась Эльна. Отслеживались все системы защиты излучающих приборов.


Наконец, удалось наладить телепатический ментальный канал. С помощью его четыре члена экипажа "Терро": уединившись в специальное помещение, начали просматривать пространство. Минуя межгалактическую станцию связи, эскадра могла выйти на плоскость континуума времени. Следующая пространственная магистраль пролегала через сложенное пространство. Именно этот путь самый близкий, но и самый опасный из всех. Стоит чуть-чуть сбиться с маршрута, и эскадра окажется в совершенно неизвестном месте, выход откуда будет или весьма затруднен, или совсем невозможен. Возможность попасть в другую сферу будет наиболее вероятной, чем возможность вернуться в свои претории. Но надо все просмотреть. Вот прошли один кириллийный блок лабиринта, и сделать это удалось очень быстро. А вот показался новый канал входа, но об этом блоке у просматривающих не было никаких сведений. Так куда же ведет этот канал? Ага, попали в межзвездное пространство. А эта сфера перемещений, соленоидное образование. Их-то очень трудно проходить в ментале: возникают сильные помехи. Но прошли благополучно.
А это что показалось? Звездный шар? Так и есть. Что о нем известно? Звездный шар - это сфера особого взаимодействия. Здесь энергии образуют очень сильные завихрения, способные сбить с курса любой компьютер. Протуберантные излияния настолько велики, насколько и опасны. Сфера их поглощения обладает силой, превосходящей обычную силу света... Так, прошли и это. Чем еще удивит космос? О, пустое пространство! Полный, как говорится, штиль. Все энергии замерли, висят свободными нитями, а во многих местах и совсем отсутствуют. Это образование должно соседствовать с блоками материализации. Так оно и есть. Появилось звездное образование. Судя по звездным картам, это галактика Пространства Любви. Особая галактика. Особые излучения... Итак, ментальный путь благополучно пройден. Теперь возврат. Картина прокручивается в обратном порядке. Участвующие в просмотре пути вышли из канала связи, сверили видение. Все сошлось, за исключением маленьких искажений. Это допустимо. Путь просмотрен, и его можно сложить с компьютерной заготовкой...

Володар принес готовые карты, а Гудис протянул Рамэнсу карты с результатами проверок. В компьютерных картах и в ментальном канале оказались несоответствия: в картах отсутствовала сфера Звездный шар. Это, надо признать, было большим упущением компьютеров. Пришлось включить в карты особую сферу, хотя Гудис возражал, защищая компьютеры, свои детища. Но Эльгея была неумолима.
Теперь можно было считать подготовку законченной и отправляться в путь. Решили на каждом космосудне оставить по два дежурных. На "Терро" первыми дежурить вызвались Руис и Кетра, затем их сменили Дрейк и Монтель. Эльгея и Рамэнс заступили на дежурство в районе Звездного шара. Остальные корабли таким же образом распределили свои дежурства.
Район кириллийного блока - благо он был один на выходе из лабиринта - решили пройти, добровольно отключив сознание на одно мгновение. Это был, надо сказать, наиболее приемлемый вариант.
- Эскадра, приготовиться, - зазвучал голос Эльгеи, - маршрут готов, ложимся на курс. Всем кораблям сгруппироваться. Дается усиленное поле защиты. Лэнда, мы уходим, счастливой тебе работы.
- Спасибо, друзья, за помощь, счастливого пути и возвращайтесь.
- Да, да, до встречи, держи связь с нами через "Гах-Цехан".



продолжение следует...


Tags: Гедеоново войско
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments